Политинформация. Жертва пешки в дебюте

Автор: Александр Братерский

Обвиняемая в убийстве адвоката Станислава Маркелова каратистка Женя Хасис рискует при определенном стечении обстоятельств стать иконой для всех русских националистов, чьи акции оказываются в разы громче того, что происходит в официальной политике

В черных мешках, натянутых на головы, со скованными наручниками кистями, в синих тюремных телогрейках - такими их вводят под конвоем в здание Басманного суда под вспышки фотокамер. Лица оказавшихся в клетке людей так и не будут открыты присутствующим, но все знают, что перед ними молодой человек и девушка. Самая странная пара уходящего года - националисты Никита Тихонов и Евгения Хасис, которых власти обвиняют в убийстве Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. Гибель адвоката и правозащитника Маркелова и журналистки «Новой газеты» Бабуровой в январе прошлого года потрясла Россию, а вместе с ней и весь мир. Маркелов был застрелен средь бела дня на выходе из международного пресс-центра, где он рассказывал журналистам об очередном громком расследовании. Спутница адвоката, скорее всего, стала случайной жертвой киллера: она шла рядом с Маркеловым, когда убийца начал стрелять. От полученных ран журналистка вскоре скончалась в больнице.

19 января 2009 года, в день празднования православного Крещения, недалеко от станции метро «Кропоткинская» киллер выстрелил адвокату Маркелову в затылок. Бабурова получила рукояткой пистолета по голове, а затем убийца снова открыл огонь. Как утверждали специалисты по такого рода преступлениям, дело было абсолютно глухое: камеры не зафиксировали лица нападавшего ни на станции «Кропоткинская», куда он влетел после нападения, ни на «Парке культуры», где он снова вышел в город. Никита Тихонов и Женя Хасис были задержаны в ноябре, и в тот же месяц им предъявили обвинение в убийстве. Удивительно, но смазанное на видеокамерах метро лицо подозреваемого рифмуется в подсознании с безликими людьми, сидевшими за решеткой зала в Басманном суде. Эксцентричная инициатива служителей закона позднее объяснялась тем, что маски были надеты на Женю и Никиту для того, чтобы их не узнали возможные сообщники из числа националистов: в своей среде Хасис и Тихонов вполне могли действовать под вымышленными именами.

Никита был в розыске уже давно: следователи считали, что он причастен к эпизоду 2006 года, когда в районе метро «Домодедовская», неподалеку от клуба «Планета льда», был зарезан 19‑летний антифашист Александр Рюхин. Адвокат Маркелов помогал матери Рюхина добиться правосудия.

Арестованный Никита Тихонов был одаренным журналистом и политическим консультантом: он более чем адекватно составлял выступления спикера Думы Бориса Грызлова и покойного министра финансов Бориса Федорова. Работа на официальных лиц России нисколько не мешала Никите носить на плече кельтский крест и слушать популярную у националистов группу «Коловрат». Еще колоритнее оказалась подельница Тихонова и его близкая подруга - красавица Женя Хасис, чемпионка города по кикбоксингу и сторонница неоязыческого культа родноверов. Будь Хасис обвинена в убийстве зажравшегося губернатора или партийного казнокрада, ее наверняка превратили бы в современную Софью Перовскую. Однако Женю, судьба которой напоминает сюжет социальной драмы с сюрреалистическим оттенком, обвиняют в гибели человека, который сам защищал обездоленных бедолаг: Маркелов работал с делами воинственных леваков и радикальных антифашистов, заложников Дубровки и журналистки Анны Политковской. «Весь день как в тумане, - писала впоследствии из тюрьмы Женя Хасис, которая эмоционально анализировала ситуацию в посланиях товарищам по организации «Русский образ». - Я держалась хорошо. Не плакала, не высказывала никаких эмоций. Меня не обижали сильно. Да и зачем? Я ведь человек маленький, хоть и гордый. На квартире все изъяли, теперь забрать можно что-то только после суда. Старались хорошо - книжки забрали, все бумажки».

Националист Алексей Барановский в разговоре со мной рассуждает о Жене Хасис с восхищением. «Она никогда не гналась за успехом у мужчин, - вспоминает он. - И была очень требовательна к людям, которые оказывались в ее ближнем кругу». По словам Алексея, друзья называли Хасис «альфа-женщиной», используя термин, принятый на Западе для обозначения топ-менеджеров женского пола. «Она здорово умела управлять мужиками, - говорит Барановский. - Но она не давила на них. Выходило так, что они сами были рады выполнять ее волю». Сам Алексей оказался в ближнем кругу Хасис около года назад: оба решили помогать попавшим в беду русским, которые пострадали от рук выходцев с Кавказа и прочих «инородцев». Именно для этого была создана общественная организация «Русский вердикт». Свой выбор Барановский объясняет просто: «Всякие меньшинства обласканы прикормленными правозащитниками, а вот русских защищать некому». Российский эксперт по ксенофобии Галина Кожевникова связывает «Русский вердикт» с националистами из группировки «Русский образ». Журнал Newsweek полагает, что «Образ» патронируется из Кремля. В самой организации это отрицают, хотя ее члены с удовольствием сотрудничают, например, с представителями правящей партии - в частности, с одиозным депутатом Госдумы Максимом Мищенко, который прославился своими гонениями на эмо и готов. В ноябре 2009 года Мищенко поддержал проект «Ермолов», созданный членами «Русского образа» и «Русского вердикта». Под брендом с фамилией царского генерала и покорителя Чечни предполагалось бороться против молодежного экстремизма - главным образом антифа и этнических преступных группировок. Член «Русского образа» Барановский открыто говорит, что Мищенко - «достаточно вменяемый человек», но сотрудничество с ним основано на «личных отношениях». «Русский образ» - это сетевая организация, его вполне можно назвать орденом или сравнить с масонской ложей», - многозначительно заявляет Алексей.

«Не бывает в жизни и судьбе человека таких испытаний, которые он не смог бы преодолеть! - писала из Лефортово Женя Хасис. - И если случилось так, что мы должны продолжать жить, значит, то отведенное, что нам даровалось, мы должны прожить достойно. И главное не предать самих себя. Я знаю, что это будет нелегко. Но я также знаю, что иначе просто не может быть! И осознание того, что мы не одни, придает нам сил». Общаясь со мной, Барановский просит не заострять внимание на фамилии Жени, хотя вопросы возникают сами собой: стильная черноглазая брюнетка татарско-еврейских кровей совсем не похожа на типичную русскую националистку. «Она была русская женщина, которая была неравнодушна к судьбе нашего народа», - утверждает Алексей. Даже если абстрагироваться от пафоса приятеля Хасис, Женя действительно вызывает определенную симпатию: в свое время она работала простой стажеркой и доросла до руководителя интернет-магазина по продаже спортивной атрибутики. Параллельно она увлекалась карате и другими контактными видами спорта, а в 2008 году даже заняла первое место в чемпионате Москвы по кикбоксингу. Сегодня один из тренеров спортивного клуба «Квадрат», где занималась Хасис, называет ее победу случайной. «Кикбоксингом она увлекалась ровно три месяца, о каких серьезных результатах можно говорить?» - пожимает плечами тренер. По словам Барановского, Хасис и впрямь не думала о спортивной карьере, но проводила в спортзале почти все свободное время. На московском чемпионате у Жени было всего несколько схваток, и можно действительно сказать, что ей повезло: в соревнованиях бойцов фактор случайности срабатывает регулярно. Алексей вспоминает, что последним делом, которым занималась Хасис, была помощь старику-ветерану Григорию Андрееву. Преступники, которых Барановский называет «кавказцами», сорвали у ветерана с груди ордена накануне Дня победы. Именно Женей был написан запрос в комиссию по госнаградам, чтобы ветерану сделали дубликаты орденов. В какой-то момент ветеран - жертва грабителей стал едва ли не святым мучеником в глазах молодежных экстремистов. Параллельно с «Русским образом» помощь старику оказывали активисты из движения «Местные», которое также, по слухам, контролирует правительство России. На сайте «Местных» нападавшие на ветерана были названы «кавказскими бандитами». Найти преступников так и не удалось.

«Фашистка», «убийца», «доброжелательный и интеллигентный человек», «отличный менеджер» и «защитник обездоленных» - так оценивают человеческие и профессиональные качества Хасис русские блогеры. Сейчас каратистка и защитница ветеранов надежно заперта в Лефортово - тюрьме, где когда-то сидел Эдуард Лимонов. Писатель и вечно гонимый национал-большевик так описал тюрьму на страницах своей книги «В плену у мертвецов»: «В Лефортово содержатся федеральные, т. е. государственные преступники. Здесь хозяин один - Федеральная служба безопасности. Современная инквизиция». Парадоксально, но книга Лимонова, с симпатией рассказывающего о своей жизни в Лефортове, имеется в тюремной библиотеке, которую активно посещает Женя. «Есть озорник Пикуль, лучший еврей нашего времени Веллер, Лимонов», - мелким почерком пишет на тетрадных листах Хасис, постоянно держащая в курсе своих дел Барановского. Ее адресат не верит в виновность Жени и рассказывает, что та держится уверенно и отказывается давать показания, ссылаясь на Конституцию: «Никто не обязан свидетельствовать против себя самого». Барановский упомянул, что Хасис просить послать ей в передаче косметику: девушка собирается выйти из тюрьмы во всеоружии. Никите Тихонову, похоже, ни на что хорошее в этой жизни надеяться уже не стоит: сразу после ареста он признал свою вину в организации убийства Маркелова и постоянно говорил о том, что Женя попала в эту историю случайно. Активист националистического движения Иван Миронов, сам отсидевший два года по обвинению в покушении на Анатолия Чубайса, заявляет в своем видеоблоге, что Тихонов оговорил себя ради спасения Хасис. «Его поставили перед выбором: либо ты подписываешь все, что мы тебе дадим, либо девушка пойдет под пресс», - уверенно рисует ситуацию Миронов.

«Условия тут хорошие, - комментирует в одном из писем свою тюремную жизнь Хасис. - Тепло, сухо. Компания в камере нормальная. Не жалуюсь. Занимаюсь спортом, выйду офигенно красивая. Так что пусть злословные людишки не рассчитывают, что я тут стану страшной, слабой и испорчусь. Я стану сильнее. Всем врагам назло. Русская женщина - как русская березка: гнутся может - сломать нельзя! Конечно, сначала я чего только не думала: много мыслей, много эмоций. Думала, а если я одна? А если кто-то думает дурные мысли?».

Прессингу, который испытывает Женя, сложно позавидовать: не выдержав случившегося с дочерью, скоропостижно скончалась ее мать. Отец - бизнесмен Даниил Хасис, которого Женя и ее брат Федор нашли два года назад, - не горит особенным желанием как-либо помочь. Расходы на услуги адвокатов полностью легли на плечи Барановского, который через сайт «Русского образа» также собирает передачи для Тихонова и Хасис. В то же время убитые горем родители 25‑летней Насти Бабуровой требуют наказания для виновных в смерти дочери. Хасис и Бабурова почти одногодки. Несмотря на полярные политические взгляды, у предполагаемой убийцы и ее жертвы, на самом деле, было много общего. В частности, обе занимались боевыми искусствами (Бабурова практиковала карате, боевое самбо и джиу-джитсу). Настя и Женя при определенном раскладе могли выйти друг против друга на ринг или спорить до хрипоты о политике в прокуренном клубе. Но на улицах российских городов уже давно идет война - почти такая же, как в книге Артема Веселого «Россия, кровью умытая», которую Хасис читает, лежа на тюремной шконке. Судьба у Веселого - в реальной жизни Николая Кочкурова - была примерно столь же увлекательной, как и время, в которое ему довелось жить: революционный матрос и чекист был в 1938 году убит в тюрьме своими же бывшими соратниками. «Он был страстным революционером, - вспоминает Веселого его современник, писатель Иван Щеголихин. - И когда в 1937 году его забрали, не мог понять, в чем его обвиняют, бросался на следователя с кулаками. Его запороли плетьми». «Главная война - это собственная война, - пишет из тюрьмы Женя Хасис. - И главная победа - это собственная победа. Всегда важно помнить, что от того, как каждый из нас проживает жизнь, формируется общая судьба. Ведь когда-то кто-то своей героической жизнью и судьбой задал планку и нам с тобой. И если во многом в наше время утрачено понимание совести, чести и правды, то мы своей жизнью, своей борьбой должны сделать все, чтобы у наших детей не оставалось сомнений хотя бы в этом. Даже если мы не сможем подарить им идеальный мир, то хотя бы показать и рассказать, каким он должен быть, - обязаны. И это должны быть не просто слова. Я не знаю пока, смогу ли я когда-нибудь стать примером для будущих поколений, - это было бы чересчур самонадеянно».